InvestFuture

Financial Times: 4 урока от Кипра

Прочитали: 55

Финансовый кризис на Кипре мог бы показаться бурей в стакане. Но он заключает в себе важные уроки для еврозоны в целом. Некоторые из этих уроков обнадеживают, но другие сильно беспокоят, пишет обозреватель Financial Times Мартин Вольф. Бардак в еврозоне приобретает угрожающие размеры.

После долгих обсуждений политики решили не трогать депозиты размером меньше 100 тыс. евро, на которые распространяется страхование со стороны государства.

Текущий план предполагает, что второй по величине банк страны Laiki будет разделен на "плохой" и "хороший" банки. Депозиты объемом меньше 100 тыс. евро и активы суммой 9 млрд евро (сумма задолженности перед Центральным банком в рамках поддержки ликвидности) будут переведены в Банк Кипра. Остальные средства будут свернуты. Те, у кого депозиты превышали 100 тыс. евро, получат активы "плохого" банка, что бы они из себя не представляли.

Пока депозиты выше 100 тыс. евро будут заморожены, а затем подвержены урезанию порядка 40%. Также будет введен временный контроль над финансовыми потоками.

Какие мы выводы можем сделать из сложившейся ситуации? Предлагаю четыре урока, пишет Мартин Вольф.

Первый: еврозона действительно способна делать правильные вещи в последний момент, хотя и не рассмотрев все возможные альтернативы сперва. Говоря, что это план "правильный", я не имею в виду, что нет более лучшей альтернативы. Но все подобные альтернативы предполагают некоторую степень солидарности между членами еврозоны и политическими лидерами, которая сейчас отсутствует.

Учитывая нежелание напрямую субсидировать Кипр, настоящий план почти наверняка лучшее из зол. Он защищает депозитариев с относительно небольшими вкладами и предлагает рациональный процесс урегулирования. Международный валютный фонд будет счастлив. Также доволен будет Йерун Дейсселблум, голландский министр финансов и глава Еврогруппы, который считает, что жесткий подход к кредиторам является правильным для еврозоны.

Второе. Евро действительно не везде евро. Тогда как предписания везде одинаковые, в действительности евро - это обязательства банков.

Результат на Кипре подчеркивает тот факт, что стоимость евро зависит от платежеспособности самого банка и платежеспособности правительства, стоящего за банком. Если и банк, и государство неплатежеспособны, кредиторы, скорее всего, не только теряет большую часть своих денег, но узнают, что остальная часть денег заморожена в целях предотвращения краха банковской системы страны.

Третий урок Кипра состоит в том, что отношения между банками, властями стран и властями еврозоны куда более сложные, чем могло показаться. Можно сделать вывод, что история с Кипром едва ли говорит нам что-то о денежно-кредитной сфере. В конце концов, остров является уникальным случаем по объему банковских пассивов, непопулярности банковских кредиторов и несостоятельности самого государства. Можно было бы предположить, что действия по отношению к Кипру являются шаблоном, но он работал бы только по отношению к странам с теми же проблемами. В конце концов, можно было бы считать, что это шаблон вообще для всех стран еврозоны, независимо от обстоятельств.

Что нам думать по этому поводу? Никто не знает. Но скорее всего, это консенсус о том, что именно кредиторы, а не налогоплательщики, должны платить в случае несостоятельности банка; и этого подхода в еврозоне пока не встречалось. Можно ли представить, что правительство Германии оставит без помощи Дойчебанк, в случае если у того возникнут проблемы? Конечно, нельзя.

Идеальным следствием из этой запутанной ситуации было бы повышение уровня капитала у всех банков еврозоны. Действительно, в силу ограниченных финансовых возможностей государств-членов валютного союза, их банки, возможно, должны быть лучше капитализированы, чем где бы то ни было. Но фактическое заключение, вероятно, будет иным: надежными банками будут признаны те, что находятся в финансово сильных странах. Альтернативой такому исходу было бы создание настоящего банковского союза. Но это потребовало бы либо фискального союза или готовности применить тот же жесткий режим, что и к Кипру, по отношению ко всем банкам. Ни то, ни другое не выглядит вероятным.

Последний урок этого кризиса заключается в том, что "плохой брак", который, как я когда-то сказал, связал членов еврозоны вместе, стал еще хуже. Кипр не имеет существенного значения для еврозоны в целом; стоимости заимствований для банков и государства мало изменились. Но кризис является еще одним поводом для того, чтобы гнев вышел на поверхность. Старые опасения, что евро может подорвать единство Европы, а не укрепить его, кажутся более правдоподобными.

Этот кризис также показал, что даже когда стоимость проживания внутри союза кажется высокой, как это было для многих киприотов, должники готовы платить за это. Развод кажется еще более пугающим, по крайней мере на момент принятия решения. Это также верно и для кредиторов. Они возмущаются злоупотреблениями по "спасению" должников. Но они предпочитают делать это, чем выходить из союза по причинам как экономического, так и политического характера.

Таким образом, еврозона постоянно спотыкается о кризисные ситуации после кризиса 2008 г.. Может - или будет - это будет продолжаться бесконечно? Я не знаю. Я склоняюсь ко мнению, что стратегия жесткой экономии не сможет вернуть еврозоне экономическое здоровье. Это ослабит экономики и принесет долги, банковский кризис и безработицу. В то же время намерение поддерживать в целостности валютный союз огромно. Это как столкновение непреодолимой силы и абсолютно недвижимого объекта. Кризис на Кипре является небольшим и в некотором смысле непоказательным эпизодом в долгой и мучительной истории. К написанию последней главы еще даже не приступали.

Источник: Вести Экономика

Оцените материал:
InvestFuture logo
Financial Times: 4 урока

Поделитесь с друзьями: