Инвестиционного бума в России не было. Деньги шли на ремонт, а не на развитие — аналитики ИКСИ
После 2022 года чиновники, аналитики и бизнес регулярно говорили о рекордных вложениях в основной капитал, структурной перестройке экономики и масштабной адаптации к санкциям. В 2021–2024 годах инвестиции выросли почти на 38% в реальном выражении. Однако новый аналитический доклад об инвестиционной динамике в России ставит под сомнение сам тезис об «инвестиционном буме»
Авторы исследования ИКСИ (есть в распоряжении InvestFuture) приходят к выводу: рост инвестиций в 2021-2024 годах скорее был компенсацией многолетней стагнации, чем началом новой инвестиционной эпохи. А уже в 2025 году экономика, вероятно, вошла в фазу нового охлаждения. Ключевой тезис доклада звучит так:
рост инвестиций после 2020 года не вывел российскую экономику на новый уровень, а лишь частично компенсировал провал предыдущего периода.
Восемь лет инвестиционной паузы
Чтобы понять масштаб проблемы, авторы предлагают смотреть на ситуацию не через призму последних двух-трех лет, а рассматривать ситуация на длинном горизонте.
С 2013 по 2020 год инвестиции в основной капитал в России выросли всего на 0,4% в реальном выражении — фактически экономика восемь лет находилась в состоянии инвестиционной заморозки. Среднегодовой рост составил символические 0,05%. На этом фоне резкое ускорение после 2021 года действительно выглядело впечатляюще. Но если сравнивать нынешнюю динамику не с кризисными годами, а, например, с периодом 1999–2007 годов, картина меняется. Тогда инвестиции росли в среднем на 13% ежегодно, а объем вложений за восемь лет увеличился втрое. Сегодняшние темпы заметно скромнее.
Фактически экономика лишь вернулась к долгосрочному тренду после почти десятилетнего застоя.
Инвестиции растут — экономика не обновляется
Главная проблема, по мнению авторов доклада, заключается даже не в темпах роста, а в качестве самих инвестиций. Формально объем вложений увеличивается, однако это не приводит к сопоставимому обновлению производственных мощностей. Ввод основных фондов заметно отстает от инвестиционной активности.
Падение фондоотдачи затрагивает практически все ключевые отрасли. В 2024 г. фондоотдача в добывающей промышленности оказалась на 33,9 п.п. ниже уровня 2017 г., в торговле – на 32,7 п.п., в строительстве – на 31,7 п.п., в сельском хозяйстве – на 20,1 п.п., в обрабатывающей промышленности – на 7,9 п.п., — заявил Сергей Заверский, начальник отдела аналитических исследований Института комплексных стратегических исследований, Кандидат экономических наук.
Причин для этого несколько: во-первых, значительная часть проектов стала длиннее и сложнее из-за санкций, проблем с поставками оборудования и удорожания финансирования. Во-вторых, бизнес все чаще инвестирует не в создание новых производств, а в реконструкцию существующих мощностей и поддержание их работоспособности.
Отдельная тенденция — рост «оборонных» и инфраструктурных инвестиций, которые далеко не всегда создают долгосрочный производственный эффект для гражданской экономики. По данным исследования, в 2020–2025 годах основные драйверы роста инвестиций были связаны с секторами двойного назначения и импортозамещением: производство электроники, транспортного оборудования, химическая промышленность.
При этом в ряде гражданских отраслей наблюдалась стагнация или даже снижение вложений. Инвестиции в производство лекарств сократились почти на 19%, в мебельную промышленность — более чем на 30%, а в нефтепереработку — почти на четверть. Иными словами,
экономика инвестирует прежде всего туда, где необходимо быстро закрывать стратегические риски, а не туда, где формируется долгосрочный потребительский рост.
Экономика ремонта вместо экономики развития
Один из самых показательных выводов исследования связан с износом основных фондов. По данным опросов Росстата, около 70% компаний в 2025 году называли главной целью инвестиций замену старого оборудования, а не расширение производства. Это означает, что значительная часть вложений фактически работает в режиме «латания инфраструктуры».
Экономика инвестирует не в рост мощности, а в предотвращение деградации уже существующих активов.
Для бизнеса это рациональное поведение. Высокая ключевая ставка, санкционные ограничения, сложности с импортом оборудования и неопределенность делают запуск масштабных новых проектов значительно более рискованным. Но для экономики в целом такая модель означает снижение долгосрочного потенциала роста, подчёркивают в ИКСИ.
Китай инвестирует в будущее, Россия компенсирует потери
Одно из самых показательных сравнений в докладе связано с Китаем. Если российская экономика во многом инвестирует в адаптацию и замену изношенных мощностей, то Китай делает ставку на опережающую модернизацию. Только в 2024–2025 годах инвестиции Китая в оборудование выросли почти на 30%. Причем речь идет о системной государственной политике: масштабных программах обновления инфраструктуры, промышленности, транспорта и социальной сферы.
Разрыв заметен и в расходах на исследования и разработки. Россия тратит на НИОКР около 1% ВВП, тогда как Китай — 2,4%, а Южная Корея — более 4%.
Для экономики это критически важно: без инвестиций в технологии невозможно поддерживать долгосрочный рост производительности, подчёркивают авторы исследования.
«Инвестиционная зима» уже начинается
Авторы считают, что инвестиционный цикл, начавшийся после 2022 года, уже фактически завершился. Во второй половине 2025 года инвестиции начали сокращаться: падение ускорилось от квартала к кварталу и по итогам года составило 2,3%.
Опросы Банка России показывают, что ожидания бизнеса продолжают ухудшаться. Компании все осторожнее оценивают перспективы новых вложений. Минэкономразвития уже прогнозирует дальнейшее снижение инвестиций в 2026 году. Авторы доклада допускают, что спад может оказаться глубже официальных ожиданий. Главная проблема в том, что
экономика вошла в фазу дорогих денег именно в тот момент, когда ей требуются рекордные вложения в технологическое обновление.
Главный вывод исследования выглядит гораздо шире, чем просто спор о статистике. Речь идет о том, способна ли российская экономика перейти от модели адаптации к модели развития. Пока, судя по цифрам, она скорее учится выживать в новых условиях, чем инвестирует в следующий цикл роста.