Меморандум о намерениях: новый виток переговоров США и Ирана на фоне кризиса
Пока Дональд Трамп отмечал своё 80-летие и наблюдал за турниром UFC на территории Белого дома, Вашингтон и Тегеран объявили о достижении соглашения, которое многие уже поспешили назвать историческим. Хотя если внимательно посмотреть на детали, получается довольно забавная история
Ещё несколько дней назад казалось, что переговоры окончательно разваливаются. Новые удары, взаимные обвинения, очередное обострение на Ближнем Востоке. Казалось, стороны уже выбрали путь дальнейшей эскалации. Но в итоге соглашение всё-таки появилось.
Соглашение или меморандум: что подписали на самом деле?
Правда, есть один нюанс. По сути, стороны подписали не мирное соглашение. И даже не полноценную ядерную сделку. Они подписали соглашение о том, что в течение следующих 60 дней попытаются договориться о будущей сделке.
Если совсем упростить, подписан меморандум о намерении подписать другой меморандум, который когда-нибудь может превратиться в полноценное соглашение. Именно поэтому пока рано открывать шампанское.
Нюансы трактовки и проблемы реализации
До сих пор нет опубликованного текста документа. Более того, уже сейчас появляются сообщения, что США и Иран по-разному трактуют отдельные положения договорённостей. Особенно в вопросах санкций, контроля над Ормузским проливом и будущего ядерной программы Ирана.
Практика показывает: когда каждая сторона считает, что документ написан в её пользу, обычно это означает, что самые сложные вопросы отложили на потом.
Самый главный индикатор — это не заявления политиков, а Ормузский пролив. Несмотря на все громкие заголовки, движение судов пока далеко от нормального режима. Сотни кораблей всё ещё остаются в ожидании, а эксперты говорят, что даже при успешном развитии событий восстановление полноценного судоходства займёт время.
Влияние на рынки и экономику
Конечно, цены на нефть снизились, и это даёт облегчение США, поскольку по последним данным инфляция в стране взлетела до 4,2% год к году. Напомню, что в России она находится около 5,3%. При этом около 80% прироста американской инфляции пришлось на энергетический компонент. Но это ещё далеко не конец истории — запасы нефти ещё предстоит восстанавливать.
Не меньше вопросов вызывает иранская ядерная программа. Что будет с запасами обогащённого урана? Что будет с центрифугами? Какой доступ получат инспекторы МАГАТЭ? Какие объекты действительно уничтожены, а какие продолжают функционировать? Ответов на эти вопросы пока нет.
Будущее переговоров и политические последствия
А ведь именно вокруг них и будут строиться следующие 60 дней переговоров. Поэтому рынки сейчас реагируют скорее на надежду, чем на результат. Нефть падает, акции растут, инвесторы покупают риск. Но реальная проверка этого соглашения начнётся только тогда, когда стороны перейдут от красивых заявлений к конкретным действиям. А это начнётся уже на этой неделе на саммите G7. Именно оттуда, скорее всего, пойдёт основной поток заявлений, утечек и новых деталей договорённостей.
При этом на Трампа серьёзно давит часть американского истеблишмента, которая считает любые уступки Ирану проявлением слабости. Да и сам Трамп за последние месяцы убеждал американскую общественность, что его подход к Ирану принципиально отличается от политики Обамы и не имеет ничего общего с той ядерной сделкой.
Но здесь есть любопытный момент. Часть появляющихся утечек говорит о том, что итоговая конструкция может оказаться намного ближе к соглашению времён Обамы, чем хотелось бы признавать Трампу.
Поэтому сейчас ему предстоит не только договариваться с Ираном, но и объяснять своим сторонникам, почему соглашение, которое он долго критиковал, в итоге может выглядеть очень похоже на то, что уже существовало раньше.
Подписывайтесь на наш канал в MAX: все главные новости о финансах, ничего лишнего!