Наследники Мао возродили католическую идеологию
Принципы корпоративизма, впервые введенные Папой на закате XIX века и широко распространившиеся в европейских странах в первой половине прошлого века, до сих пор поддерживаются в таких странах, как Китай. Не надо обольщаться тем, что они могут принести экономическую выгоду, за все придется платить, пишут на Project Syndicate профессор бизнес-школы Альберты Рэндал Морк и декан Сингапурской бизнес-школы Бернард Янг.
С приближением XX века Папа Лев XIII, мечущийся в выборе между социализмом и либерализмом, поручил католической интеллигенции найти лучшее решение. Решение под названием "корпоративизм" было найдено и предложено в 1891 г. в энциклике Папы Rerum Novarum.
Папа Римский Пий XI, преемник Льва XIII, написал, что теория корпоративизма для всего человечества "установила нормы для правильного решения сложностей человеческих отношений под названием "социальные проблемы".
Корпоративизм, который необходимо отличать от неокорпоративизма 1970-х гг., стал наиболее влиятельным и этически мотивированным вторжением в экономику в современной истории. В теории можно выделить четыре основных принципа.
Равенство – это жестокая иллюзия: люди счастливы, когда они занимают правильное место в иерархии, узаконенной католическими учениями. Свободная конкуренция – это деструктивная сила. Ассоциации – комитеты из владельцев бизнеса и официальных лиц – должны устанавливать квоты, цены и зарплаты внутри вертикально взаимосвязанных секторов экономики под названием "корпорации". Международная торговля, и появление новых фирм нежелательно, поскольку они подрывают власть ассоциаций. Частная собственность легитимирована через послушание владельцев Церкви и ассоциации, но лишается легитимности через конкуренцию. Принцип структурированности реализуется посредством передачи власти, ненужной на более высоком уровне, на более низкие уровни через иерархию.
При Муссолини экономику регулировали государственные фирмы
Одна из трактовок корпоративизма получила поддержку в правительстве Муссолини. Это была одна из первых корпоративистских экономик, которая затем, однако, стала ассоциироваться с фашизмом, а не с католицизмом. Государственные холдинговые компании напрямую контролировали ключевые входящие в них фирмы, а ассоциации контролировали остальное, сводя тоталитаризм с номинально частной собственностью.