«Снижение темпов экономического роста — это сознательный шаг, плата за сохранение качества экономики и макроэкономических показателей», — так президент Владимир Путин кратко описал ситуацию в экономике России по итогам 2025 года на прямой линии. Ситуация неоднозначная. С одной стороны, рост экономики замедлился до 1% по итогам года, инвестиции снизились, а компании активно банкротятся. С другой стороны, зарплаты россиян растут быстрее инфляции, а уровень безработицы бьёт рекорды. К тому же, пусть рост ВВП РФ и замедлился, он всё же есть. Мнением о том, каким был 2025 год для российской экономики, а также своим прогнозом на 2026-й поделился директор Банковского института НИУ ВШЭ Василий Солодков в интервью InvestFuture.
— Как вы оцениваете состояние экономики на конец 2025 года? Какие главные итоги года вы бы выделили?
— У нас выстроилась двухсекторная экономика: первый сектор — тот, что напрямую финансируется из бюджета, это оборонно-промышленный комплекс и смежные с ним, второй — тот, что с ним не связан. Первый сектор чувствует себя более-менее хорошо, второй — хуже. Это замедление роста, инвестиций. В потребительском рынке мы видим вымывание какого-то количества товаров.
— А если говорить о людях? Для работающего населения какие главные итоги вы бы подвели? Согласны с тем, что доход россиян растёт быстрее инфляции?
Не могу сказать, что всё население становится богаче. Богатеют те, кто связан с бюджетными вливаниями.
Идёт перераспределение денег в их пользу. Если вас бюджетные поступления минуют, то с моей точки зрения вы беднеете.
Представим себе, что вы предприниматель. Вы взяли кредит. Реальная ставка (прим. рассчитывается как «рыночная ставка» минус «уровень инфляции») будет больше 10%. Это чудовищно много. Реальная ставка должна быть 1-3%. Теперь представим себе что вы должны сделать, чтобы её отбить, а ещё заплатить зарплаты, налоги и т.д. Будет ли ваше состояние расти? Я утверждаю, что нет.
— Минэкономразвития прогнозирует рост ВВП РФ в 2026 году на 1%. Вы согласны с такой оценкой? И что может дать импульс?
— Импульсом будут, однозначно, бюджетные вливания. Что касается роста ВВП… Многие данные сейчас закрыты, и можно ориентироваться только на свои ощущения. Рост на 1% или падение на 1% — это изменение в пределах статистической погрешности. Важно то, что Россия всё ещё отстаёт по темпу роста от общемировых уровней.
Примечание InvestFuture: по данным МВФ, ВВП РФ на человека в XXI веке вырос на 109%, до 42 тыс.долларов. По темпу роста Россия занимает 14 место в мире. В США этот показатель вырос на 40%, до 76,8 тыс. долларов. В Германии рост составил 24%, до 63 тысяч долларов.
— С 2026 года в РФ повышаются налоги. Президент аргументировал решение тем, что за счёт этого «достигли сбалансированности бюджета» и пообещал снизить НДС в будущем. Была ли альтернатива повышению налогов?
— Альтернатива простая — снизить расходы. Но существенно снизить их нельзя. По мнению правительства, есть статьи расходов, которые сократить нельзя, а есть те, что можно. Последнюю категорию уже и так сократили.
— Как думаете, налоги будут повышать в 2026-2027 годах?
— Если будут проблемы с бюджетом, то однозначно будут повышать. Боюсь, что могут поднять тарифы естественных монополий.
— Интересно ваше мнение по курсу рубля. Почему он так сильно укрепился в 2025 году (прим. на 45%)? Каким будет курс в следующем году? Напомню, что глава Сбера «равновесным» называл курс 100 рублей за доллар.
— Курс является равновесным, при тех условиях, которые есть: нарушены механизмы торговли валютой, внешних расчётов, а до недавнего времени действовали лимиты при переводе денег за рубеж. Нарушены и спрос и предложение со стороны валюты. Рынок сильно деформирован.
Кадр общения спикера с интервьюером
— Как потенциальное окончание СВО отразится на российской экономике?
— Дай Бог, чтобы это [прим. окончание конфликта] произошло. Однозначно сказать о влиянии на экономику трудно. Все говорят о позитиве: открытие рынков, снятие санкций, поступление на российский рынок новых товаров. Так и есть. Сейчас мы импортируем товары из ЕС и США через множество посредников. Это отражается на ценах. Понятно, что это неэффективно, нужны прямые связи. Когда они станут доступны, это может снять напряжение в ценах. Но я не думаю, что в краткосрочной перспективе на российский рынок вернутся крупные транснациональные корпорации, которые способны инвестировать большие деньги в экономику России.
Важно отметить риск — проблему конверсии.
По всей стране существенно нарастили выпуск продукции оборонных предприятий, расширили штат людей и повысили им зарплаты. Но если СВО закончится, то возникает вопрос: зачем производить тот же объём таких специфических изделий? Происходит сокращение бюджетных расходов на такие предприятия, и возникает вопрос: а что тогда делать?
Условно, была макаронная фабрика, а её переоборудовали в завод по производству патронов. Что с этим делать?
— Переоборудовать обратно в макаронную фабрику?
— Если это возможно. Когда речь о таких примитивных товарах — проблем нет. А если говорить о предприятиях тяжёлого машиностроения, которые производят танки? После завершения СВО они же не начнут выпускать грузовики. Чтобы выпускать грузовики — нужны соответствующие станки и оборудование. Чтобы они были — их нужно закупить или разработать. Для того, чтобы разработать — нужно инвестировать в науку и образование.
Это сложная тема, которую я обозначил как риск, а не как гарантированное событие, но этот риск серьёзный. В своё время Советский союз так и не решил проблему перехода от оборонного производства к товарам повседневного быта.
— Эксперты говорят, что даже после заключения мирного договора нужно будет пополнять запасы вооружений. К тому же, может попробовать экспортировать военную технику?
Примечание InvestFuture: по данным ЦАМТО в 2024 году Россия заняла второе место в мире по объёму экспорта вооружений — 13,75 млрд долларов.
— Запасы вооружений можно создавать. СССР этим долго занимался. Кончилось это одной проблемой: пушки есть, а масла нету. Это тупиковый путь. Насчёт экспорта: а кому экспортировать продукцию ОПК? Недавно была новость, что Турция отказывается от закупки С-400.
— Вы уже обозначили, что по вашему мнению оборонно-промышленный комплекс и смежные с ним отрасли — главные бенефициары следующего года, а кто главный аутсайдер?
— Сложно сказать, я вижу негативные тенденции сразу в нескольких отраслях. У автомобилестроения серьёзные проблемы. АвтоВАЗ оказался в уникальной ситуации, когда в 2022 году с рынка ушли все основные конкуренты. Насколько улучшилось качество машин? Вопрос риторический.
Я бы выделил ещё отрасли, которые связаны с научно-техническим потенциалом. Здесь нужны инвестиции, а у бюджета пока совсем другие приоритеты.
— Европейские политики готовят план полного отказа от российских энергоносителей до конца 2027 года. Как думаете, это возможно? И если да — то как отразится на российской экономике?
— Я думаю, что это возможно. Видим, что цены на нефть устойчиво падают. Баррель Urals опустился почти до 40 долларов. Сложившаяся ситуация лишает Россию её главного конкурентного преимущества — близости к рынку сбыта, с которым уже налажена инфраструктура.
Если отказ произойдёт, то это негативно отразится на российской экономике. Замены сырьевому экспорту нет. Китай и Индия не смогут в полной мере восполнить объёмы, которые шли на европейский рынок. У нас нет инфраструктуры для экспорта туда нефти и газа. К тому же мир переходит на альтернативные источники энергии, это особенно ярко видно на примере Китая. Ну и с кем нам тогда торговать? Разве что со странами Африки.
Сейчас теоретически для этого есть возможности, поскольку внешние рынки закрыты, но отсутствуют инвестиции и технологии. Иностранные компании отказываются нам их предоставлять.
Кадр общения спикера с интервьюером
— Инвестируете ли вы в фондовый рынок?
— При такой ставке, я считаю, что разумно держать деньги на депозитах. К тому же, деньги гарантированно сохраняются за счёт системы страхования вкладов. При текущей политической ситуации, я считаю инвестиции в фондовый рынок риском.
— Президент многократно во время своих публичных выступлений поднимал тему выхода госкомпаний на IPO. Почему вопрос стал таким важным?
— Нужны ресурсы, в том числе финансовые. Бюджет эти ресурсы предоставлять не готов, поэтому и возрастает значимость IPO. Я не думаю, что что-то изменится в управлении компаниями после их выхода на биржу.
— По десятибалльной шкале насколько баллов вы бы оценили качество корпоративного управления в России?
— Примерно на 5-6 баллов. Но смотря с чем сравнивать. Проблемы есть не только у нас. К тому же, компании управляются по-разному. Некоторые заслуживают получить гораздо более высокую оценку.
— Интересно ваше мнение о банковском секторе. Это ваша профильная стезя. С одной стороны, сектор показывал рост чистой прибыли. С другой, растёт качество плохих кредитов. Что вы думаете о банкинге?
— Действительно, проблема с невозвратом существенна. Реальная ставка очень высокая, и некоторым компаниям легче обанкротиться, чем выплачивать займ по этой ставке.
Есть ли шанс финансового кризиса? Он всегда есть. Сейчас плохая ситуация с государственным финансированием, ростом экономики, уровнем ставки. Но банки всё равно достаточно устойчивые. Примерно на 7-8 баллов по десятибалльной шкале.
— Каким будет 2026 год для мировой экономики, фондового и долгового рынка США?
— Не хочу гадать. Есть огромная неопределённость в лице Трампа. Он засыпает с одной мыслью, а просыпается с другой. Введённые им пошлины скажутся торможением и американской экономики, и экономики основных американских партнёров. История показала, что это также замедляет научно-технический прогресс и конкурентоспособность своей продукции.
Есть и другие сигналы, которые говорят о торможении роста мирового ВВП. Например, разрушение глобализации.
Экономика тем и хороша, что это неопределённость. Никогда не узнаешь, когда и где нужно «стелить соломку». А стелить её всегда и везде — это значит вечно отставать от всех.
Подписывайтесь на наш канал в Телеграм: все главные новости о финансах, ничего лишнего!