Осенью 2025 года золото, серебро, криптовалюты и фондовые рынки росли одновременно — редкая аномалия, указывающая на избыток ликвидности и наращивание плеча. В январе 2026-го стало видно, что крипта и «бумажные» драгметаллы связаны механикой рынка. Падение биткоина стало одним из триггеров краха пузыря драгметаллов: через залог и маржинальные требования оно усилило распродажу в токенизированных золоте и серебре.
Если смотреть на рынок в спокойные периоды, биткоин и драгметаллы выглядят как два разных мира. Это тоже отражается: на длинном отрезке корреляция BTC с золотом и серебром близка к нулю.
Но перед крахом пузырей возникла аномалия. В 2025 году на отдельных фазах одновременно росли три разных «режима» рынка:
крипта как самый рискованный сегмент,
драгметаллы как квазизащита,
акции (включая ИИ-сегмент) как ставка на рост.
Такое обычно означает избыток ликвидности и рост плеча: деньги заходят во всё, что движется, а различия между рискованными и защитными активами временно стираются.
Таким образом можно наблюдать, что связь между криптой и металлами проявляется в момент стресса, когда система переходит в режим маржинальных требований и принудительных закрытий. Тогда активы начинают двигаться синхронно потому что их связывает механизм залога и ликвидаций.
Данные: Investing
На отрезке октябрь–ноябрь 2025 на графике впервые хорошо видно расхождение: биткоин уходит вниз, а золото и серебро — стабилизируются и начинают расти. То есть появляется обратная корреляция, которой в «спокойные» периоды обычно нет.
BTC: $118–125 тыс. в начале октября → $108 тыс. к 16 октября → $90–105 тыс. в ноябре.
Золото: рост к середине октября до $4 365 → коррекция к ~$3 95 тыс. к 29 октября → в ноябре возврат к росту (~$4 12–4 19 тыс. к середине месяца).
Серебро: аналогично — после просадки в конце октября (~46–48) в ноябре рост к ~50–56.
На момент объявления решения ФРС о снижении ставки и последовавшим за ним обвалом крипторынка металлы как раз стояли у локальных минимумов после коррекции. На этом же фоне в медиа усилилась тема перегрева ИИ-пузыря. После разворота крипты рынок стал чувствительнее к «дорогим историям роста», и часть спекулятивного капитала перераспределялась в более ликвидные инструменты драгоценных металлов (фьючерсы/ETF).
Январский обвал драгметаллов пришёлся на фазу, когда крипторынок уже снижался. Это выглядело как синхронный крах разных пузырей, но механика была более конкретной: крипторынок и “бумажные” металлы оказались связаны через залог и плечо.
На внебиржевых и криптоплатформах активно обращались токенизированные продукты на золото и серебро. В ряде схем позиции по металлам открывались с плечом, а обеспечением выступали BTC и ETH — как самые ликвидные активы портфеля.
Схема выглядела так:
участник держит BTC/ETH как залог (быстро продаваемый актив);
параллельно открывает позиции в токенизированных деривативах на золото/серебро;
при снижении BTC/ETH падает стоимость залога — не хватает маржи;
позиции в металлах закрываются принудительно или продаются, чтобы довнести обеспечение.
Эта конструкция и создаёт эффект, который Майкл Берри описывал как «спираль разрушения залога»: падение залога запускает цепочку маржин-коллов, а маржин-коллы заставляют продавать то, что формально вообще не должно было зависеть от крипты.
Пока волатильность умеренная, система держится: требований по марже хватает, позиции не трогают, корреляция не проявляется. Но в момент резкого движения включается автоматический контур управления риском:
падение BTC → снижение залога → маржин-коллы → принудительные продажи “бумажных” металлов → рост потребности в ликвидности → новые продажи BTC
То есть BTC начинает работать как топливо для обеспечения. К тому же, заметившие эту систему трейдеры торгуют согласно схеме "упал биткоин → упадёт золото", таким образом усиливая корреляции.
По открытым данным о ликвидациях в пиковые сутки 29 января 2026 года:
по данным CoinDesk, по токенизированным продуктам на металлы фиксировались ликвидации порядка $120–142 млн за сутки;
в криптосегменте за сутки закрывались позиции на $1,6–1,8 млрд, и около 26% приходилось на связанное с серебром плечо;
Корреляция динамик котировок драгметаллов и котировок видна и в обвале вечера 12-го февраля.
BTC/ETH использовались как залог, а “бумажные” золото и серебро — как позиция с плечом. Когда падает крипта, падает стоимость залога, растут маржинальные требования и включаются автоликвидации. В итоге распродаются и металлы, даже если фундаментально они должны вести себя иначе.
Поэтому в стресс-фазе получается синхронный обвал: рынки связываются маржинальной механикой. Это плечо не видно в спокойные периоды — оно проявляется только тогда, когда начинает принудительно закрывать позиции и «продававливать» ликвидность.
Подписывайтесь на наш канал в Телеграм: все главные новости о финансах, ничего лишнего!