Золото выше $5 300, серебро — $115: почему рынок драгметаллов раскололся
Рынок драгоценных металлов в январе демонстрирует историческое ралли. Золото впервые превысило отметку в $5 300 за унцию, серебро – $115, а платина и палладий показывают взрывную дневную волатильность. Однако анализ показывает, что экстремальный рост обеспечен как фундаментальными, так и спекулятивными причинами.
$5 300 за унцию — золото в январе обновило исторический максимум
39 тыс. тонн — объём мировых резервов золота к концу 2025 года
4600% —во столько оборот платины меньше оборота золота по данным LBMA.
Золото: структурный бычий рынок и базовый спрос центробанков
Рост золота до беспрецедентных высот — отражение глубинных структурных сдвигов в глобальной экономике и финансовой системе. Его прочность обусловлена несколькими ключевыми факторами, которые мы описывали ранее после преодоления им планки $4000 за унцию.
Во-первых, это беспрецедентный спрос со стороны центральных банков. По данным World Gold Council, глобальные резервы золота в конце 2021 года составляли около 35,6 тыс. тонн, а к концу 2025 года выросли до примерно 39 тыс. тонн, достигнув рекордного уровня с 1992 года. Этот процесс диверсификации резервов продолжается и создаёт мощный базовый спрос, не зависящий от настроений розничных инвесторов.
Во-вторых, золото выполняет роль фундаментального хеджа против системных рисков. В условиях роста напряженности вокруг Ирана, риторики Трампа относительно Гренландии и Латинской Америки, торговых войн и растущего госдолга ведущих экономик драгметалл подтверждает статус «тихой гавани».
В-третьих, изменились ключевые драйверы его цены. Традиционно сильнейшее влияние оказывала динамика реальных процентных ставок в США. Однако, как показывают данные, эта корреляция ослабла. На первый план вышли денежная масса (ликвидность) и индекс доллара. Золото переоценивается как «твёрдый актив» в условиях падения доверия к фиатным валютам, поэтому прогнозы в диапазоне $5 000 – $7 000 за унцию от крупных банков выглядят обоснованно в рамках долгосрочного тренда
Ускорение роста золота сильнее всего проявляется на фоне ослабления DXY. Рост M2 более плавный и, скорее, создаёт долгосрочный «ликвидностный фон», который частично поддерживает золото, но не объясняет весь масштаб рывка в 2024–2026. Данные: macrotrends.net
Серебро и металлы платиновой группы: ротация капитала и «тонкий рынок»
Рост серебра с начала года на 57% и платины на 30% не имеют таких фундаментальных причин для роста, как золото. Их движение в большей степени обусловлено техническими факторами и перетоком спекулятивного капитала.
Главным драйвером стала массовая ротация средств из перегретого сектора технологий. Ранее мы писали, что на фоне формирования пузыря в акциях BigTech-компаний, инвесторы начали фиксировать прибыль и искать новые объекты для вложений. Драгметаллы, особенно более волатильное серебро, стали одной из таких целей. В крипто-сообществе серебро уже называют «shitcoin» — как метафору актива, который в спекулятивной фазе торгуется на переливе капитала, FOMO и высокой волатильности.
Ключевая динамика рынка за последние годы: индекс роста цен на золото, серебро и акции «Великолепной семёрки» (Mag7) технологических гигантов. После мероприятия Jackson Hole динамика начала резко расходиться.
Критически важным является эффект «тонкого рынка». Серебро, платина и палладий имеют существенно меньшую ликвидность по сравнению с золотом. По данным LBMA Trade Reporting, в денежном выражении серебро — лишь 22% ликвидности золота, платина — 2%, палладий — 1%. На платине «тонкость» рынка видна лучше всего: недельный оборот платины ($18,9 млрд) в ~46 раз меньше оборота золота ($879 млрд), поэтому даже умеренные потоки через деривативы/ETF дают непропорционально сильное движение.
Биржевая инфраструктура усугубляет спекуляции: 26 января на CME общий оборот по металлам достиг рекорда, вырос на 18% по сравнению с предыдущим максимумом, при этом «малый» фьючерс на серебро обновил рекорд суточного объема с ростом в 3,5 раза относительно среднего ежедневного показателя декабря 2025, а открытый интерес увеличился на 90% с декабря 2025 года. Параллельно CME ужесточала условия торговли: по данным MarketWatch, маржинальные требования по серебряным фьючерсам были повышены с 7,2% до 9%, что является стандартной реакцией клиринга на всплеск волатильности и плеча.
Промышленный спрос не объясняет параболического роста. По данным World Platinum Investment Council (WPIC), рынок платины в 2026 году ожидает баланс, близкий к нулю, а не глубокий дефицит. Основной спрос поддерживает промышленность. Эксперты Johnson Matthey ранее отмечали, что цены на металлы платиновой группы могут быть «в значительной степени оторваны от фундаментального баланса рынка». Аналогично для серебра: хотя пятый год подряд наблюдается дефицит в балансе спроса и предложения, около 95 млн унций в 2025 году, запасы 894 млн унций в LBMA и около 415 млн унций в суммарных запасах COMEX. Эти запасы покрывают дефицит на десятилетие вперёд.
Вывод: один рынок — две разные истории риска
Рынок драгоценных металлов в начале 2026 года расколот. С одной стороны находится золото, рост которого подпитывается долгосрочными структурными факторами: стратегическими закупками центробанков, его ролью как защитного актива в эпоху геополитической турбулентности и переоценкой в условиях ослабления доверия к фиатным валютам. Этот тренд выглядит устойчивым, хоть частично и может быть подогрет общими спекулятивными настроениями.
С другой стороны — серебро и металлы платиновой группы, чьё стремительное ралли в значительной степени является продуктом перетока спекулятивного капитала из технологического сектора. Их движение усиливается низкой ликвидностью и активностью на срочном рынке, что создаёт высокие риски резкой коррекции при изменении настроений или оттоке «горячих» денег.
Подписывайтесь на наш канал в Телеграм: все главные новости о финансах, ничего лишнего!