Разводы редко проходят легко. За 16 месяцев, с того дня как Великобритания проголосовала на референдуме за выход из Евросоюза, переговоры не принесли какого-либо существенного результата.
Самым сложным пунктом остается сумма денег, которую Лондон должен выплатить Брюсселю для выполнения своих текущих обязательств по различным программам ЕС.
Это нельзя сравнить с разделом счета в ресторане среди друзей и выяснением того, кто заказывал омара, а кто овощной салат. Возьмем затраты на пенсии чиновников ЕС. Сложность расчета здесь в том, что пенсии являются долгосрочным обязательством: сотрудник, который сегодня начинает работать в Брюсселе, возможно, все еще будет получать пенсию через 70 лет.
Подсчет стоимости - чрезвычайно запутанная вещь, которая включает оценку будущих темпов роста зарплат (если пенсия привязана к зарплате) и как долго работники могут жить. Затем сумма будущих выплат должна быть дисконтирована по определенной ставке для определения текущих расходов: чем выше дисконтированная ставка, тем ниже предполагаемые траты.
ЕС не откладывает средства для будущих пенсий своих чиновников, он выплачивает их, когда наступает срок. Поэтому в расчетах не учитываются прогнозы о доходности инвестиций. Но оценка стоимости необходима для Великобритании, так как сумма ее "справедливой доли" будет зависеть от используемой дисконтированной ставки. И она, по всей видимости, станет предметом большого спора.
В своем годовом финансовом отчете ЕС оценивает свои пенсионные обязательства в €67,2 млрд ($79,3 млрд). Эта цифра базируется на дисконтированной ставке в 1,7% в номинальном выражении и 0,3% в реальном выражении (с учетом инфляции). Эта сумма взлетела с €35 млрд в 2011 г., так как дисконтированная ставка резко упала.
Данная ставка не взята из воздуха, она основана на процентной ставке, по которой выплачивается государственный долг стран ЕС.
Соглашение о выплате пенсий - особое обязательство, поэтому может показаться, что не будет особых споров и Великобритании просто придется признать свою долю в €67,2 млрд, отмечает журнал The Economist.
Однако при расчете взносов сотрудников ЕС использует совершенно иную схему. Как показывают данные Евростата, дисконтированная ставка для них равна среднему значению реальной доходности государственных облигаций за последние 22 года. В нее, таким образом, входит период с 1995 по 2000 гг., когда реальные ставки часто были 4% и выше. Как итог, их номинальная дисконтированная ставка - 4,8%, а реальная ставка - 3,1%.
До 2012 г. ЕС использовал среднее значение доходности облигаций за 12 лет. Но Брюссель неуклонно движется к среднему 30-летнему значению к 2021 г., что означает, что высокая реальная доходность в конце 1990-х гг. останется в цифрах намного дольше. Примечательным фактом является и то, что, несмотря на снижающуюся дисконтированную ставку в расчетах балансового отчета, используемая для взноса чиновников дисконтированная ставка выросла в 2016 г. В итоге сотрудникам нужно было вносить на 0,5% меньше из своих зарплат.
Если бы ЕС использовал ставку дисконтирования, которую он применяет в своем балансовом отчете, для расчета размера взносов, то его сотрудникам пришлось бы платить намного больше, в результате чего сократился бы их реальный доход. Именно поэтому ЕС, скорее всего, пошел на этот шаг.
Великобритания, безусловно, имеет право требовать для британских налогоплательщиков таких же условий, как и для чиновников ЕС. Базирующийся в Брюсселе аналитический центр Bruegel подсчитал, что если использовать более благоприятную дисконтированную ставку, то британские пенсионные обязательства уменьшатся на треть или даже наполовину. В наличных деньгах экономия составит от €2,5 млрд до €4 млрд.
Для этого Великобритании необходимо аргументировать свое требование. Правда переговорщики ЕС в ответ могут спросить Лондон, как Великобритания подсчитывает пенсионные обязательства перед собственными госслужащими. К сожалению, счета пенсионных программ учителей Англии и Уэльса имеют реальную дисконтированную ставку в 0,24%. Этот факт явно ослабит позицию британцев.
Другим вариантом для Великобритании могло бы стать решение выплачивать свою пенсионную долю каждый год, как сегодня поступает ЕС. Тогда Великобритания не будет "наказана" исторически низкой дисконтированной ставкой. Но в этом случае Лондону придется платить пенсии некоторым чиновникам аж в 2070-х гг., что почти наверняка вызовет негативный отклик в британском обществе.
Возможно, какой-то очень умный британец найдет оптимальное решение для этой проблемы, но пока мало кто ожидает серьезного прорыва на переговорах как по этому, так и другим важным вопросам.