InvestFuture

Титов: низкая ключевая ставка - не панацея

Прочитали: 56

Об эффективной денежно-кредитной политике, скрытых источниках роста экономики и разнице во взглядах с Алексеем Кудриным, рассказал в интервью Борис Титов, уполномоченный при Президенте по защите прав предпринимателей.

- Борис Юрьевич, Вы предлагаете провести что-то вроде целевой эмиссии, ссылаясь на то, что деньги остаются дорогими в экономике несмотря на то, что последнее время ставки снижаются. Насколько они должны упасть, может есть какая-то количественная метрика? И не боитесь ли вы, что все-таки ни в ставках дело?

- В ставках тоже дело. Дмитрий Медведев на первой пленарной сессии привел в пример Японию, что действительно при низких ставках это не обязательное условие возобновления экономического роста. Действительно, ставка, это условие недостаточно для того, чтобы рост был. Но ставка, это необходимое условие для того, чтобы рост был. Потому что при высоких ставках, даже при очень хорошей институциональной среде, при очень удобном деловом климате, при всех низких налогах, тарифах, и прочее, развиваться будет экономика вряд ли. Поэтому конечно же, ставка важна.

То, что вы говорите, сегодня банковский сектор насыщен ликвидностью, но это дорогая ликвидность. Это ликвидность доходит до реального сектора сегодня даже при том, что действительно сокращается ставка на уровне там 10% не ниже. Это запретительная ставка, потому что все остальные, кто с нами конкурирует, имеют от своих финансовых систем, от своих банков, ставку не коммерческую, но депозитная ставка отрицательная. Соответственно, коммерческая ставка составляет 1-2%, это максимум. Поэтому мы в не зоны конкурентоспособности. Еще раз хочу сказать, что у нас с Алексеем Кудриным очень много общего. Сегодня он назвал главные направления. До этого никто не понимал, о чем будет эта программа Кудрина. Он озвучил три направления, которые он считает одними из основных, и это будет как бы структурными составляющими его стратегии. Это , прежде всего, уменьшение государственного сектора в экономике, это технологический прорыв, то есть сегодня вовлечение новых современных технологий в процессы производства России. И, третье, это интеграция, вовлечение российской экономики в мировую. То есть мировое разделение труда. Это открытость российской экономики. Все три пункта, которые он назвал являются и пунктами Столыпинской программы. Столыпинская программа состоит из 10 основных направлений Столыпинского Клуба. Эти 3 пункта там тоже есть. Поэтому у нас много общего. Но, с другой стороны, действительно нас сегодня разделяют вопросы денежно-кредитной политики и отсутствие дешевого долгосрочного кредита в экономике.

- Как вы считаете, монетарные власти действуют правильно? Монетарная инфляция закономерна? Цель властей получить низкие ставки, не разогнав при этом инфляцию. У вас нет опасения, что официальные темпы роста российской экономики сейчас очень низкие в районе 1-2%?

- Согласно данным официальной статистики они отрицательные. Потенциально, мы считаем, что российская экономика может расти 4 - 5% в год и даже выше, если сложатся внешние факторы. Но за счет внутренних факторов она может расти на как минимум 4-5%, и даже очень скоро. Есть огромные недоинвестированные ниши в российской экономике. У нас есть источники, где зарабатывать деньги можно, куда вкладывая деньги, получать эффективные результаты.

- Что это за источники, что это за ниши?

- В программе Столыпинского Клуба это все нашло свое отражение. Во-первых, это малый бизнес, который сегодня в тени, который только выведя из тени уже даст определенный стимул развития экономики. Хотя меня Кудрин сегодня покритиковал, сказал, что этот теневой сектор уже учитывается в статистике, но то не совсем так. Он учитывается только в очень маленькой доле и не совсем правильно. Поэтому это даст толчок развитию ВВП и вывод малого бизнеса из тени. У нас есть такая ниша, сектор, как экономика простых вещей. Различный инвентарь, скобяные изделия, мебель примитивная пластиковая. Огромная ниша, которая во всех странах занимает очень приличный процент экономики. У нас практическое отсутствие. Только развитие малого и среднего производственного бизнеса, могло бы, по нашим данным, дать дополнительные 1,5% ВВП. Углубление переработки сырья, выход на внешние рынки уже переработанной продукции, а не с сырьевыми товарами. Внутренний рынок.

За счет импортозамещения очень по многим факторам за счет повышения производительности труда уже существующих и новых производств. Мы конкретно показываем, какие существуют ниши. Стройка, которая у нас должна развиваться намного быстрее, и должна там, мы давно ставим эту задачу, один квадратный метр на человека, практически отстаем от нее на 40%. Это дало бы огромный толчок развитию экономики, если бы мы снизили процентные ставки по ипотеке. Вот сегодня с министром говорил, я его спросил, какой бы рост стройки был бы, если ставка ипотеке ушла до 5%? Он сказал, как минимум в 2 раза. Как минимум, в 2 раза от стройки. А 5%, надо всего 150 миллиардов рублей дотаций. Они есть в нашей экономике, их можно совершенно спокойно дать. Это эффект, который будет от вложения этих денег, значительно превысит те средства, которым мы сегодня потратим.

- Но 150 миллиардов, это же мы считаем при нынешних объемах выдачи ипотеки, правильно?

- Нет. Но мы говорим о том, что мы спонсируем часть стройки тем, что вводим процентную ставку.

- Борис Юрьевич, Вы верите в то, что инфляция может в целом оказаться 4,5% по итогам 17-го года.

- Она будет ниже.

- Ниже?

- Конечно. Но у нас же разное понимание с сегодняшним финансовым блоком саму природу российской инфляции. Ранее мы говорили, что инфляция носит не монетарный характер. Монетарная инфляция, которая зависит от денежного спроса, сегодня у нас дефляция, минус 5-7%. А инфляция от того, что у нас издержки выросли у производства, они продавать дешевле не могут. Поэтому сейчас курс если рубля чуть-чуть повысится, то есть нефть не будет так падать, а уже она стабилизируется, курс рубля будет повышаться. Допустим, если заморозим цены на энергоносители, а еще и процентную ставку снизим, издержки предприятий снизятся. Поэтому инфляция у нас уйдет, по крайней мере, к нулевому росту, а может быть, и к дефляции. Вот они этого совершенно не учитывают.

- Если мы говорим о том, что инфляция в итоге будет даже ниже, то процентные ставки тоже будут ниже, в чем тогда противоречие, парадигма?

- Противоречие в том, что Алексей Кудрин исходит из той парадигмы, которую он реализовывал в течение многих, многих лет. Это жесткая финансовая политика, которая должна обеспечивать консолидацию ресурсов у государства, и за счет этого должны, собственно, решаться все основные проблемы. И она работала, потому что у нас всегда был твердый источник заработка. Нам не надо было думать о том, как зарабатывать доходы для бюджета. У нас была нефть, которая продавалась, Деньги получались, и это был главный источник доходов.

Но это политика. Она не умеет зарабатывать по-новому. Нефть у нас упала в цене, соответственно, эта политика не работает. Такая политика не может стимулировать новое, она не может создавать новые источники заработка. Нужна экономическая политика стимулирования развития новой модели экономического развития. Эта модель должна базироваться уже не на экспорте природной ренты сырья, а на производстве добавленной стоимости здесь, в реальные производства, в реальном бизнесе российском, малом и среднем, промышленном, сельском хозяйстве. То есть мы должны научиться по-новому зарабатывать деньги.

Алексей Кудрин он все время думает масштабами бюджета государства, а надо думать масштабами бюджета страны. Понимаете? У него есть доходы и расходы вот именно государственного бюджета. Он все время думает, как вот расходы, да, он все время в этой парадигме находится. А у нас-то еще есть бюджет страны, который включает и бюджет домохозяйств, бюджет бизнеса. Вот там у нас все плохо, но зато в государстве хорошо. Это главное для Кудрина.

- Как коррупция может влиять на размер издержек бизнеса? Как эти издержки могут провоцировать инфляцию? Могут ли коррупционные издержки быть сопоставимы со ставкой Центрального Банка, если она вообще присутствует, как существенная часть издержек?

- Я не думаю, что коррупция сопоставима со ставкой коммерческого кредита. Но, конечно, это огромная совершенно проблема, которая сегодня является системно довлеющей над экономикой страны, развитием экономики. Поэтому я, конечно, должен сказать, что у нас огромная часть программы Столыпинского клуба посвящена именно институциональным реформам. Ведь, еще раз, ставка, это условие необходимое, но далеко недостаточное. Нужны новые институты, нужен новый суд, который мы сейчас предлагаем, как это сделать. Нужна новая контрольно-надзорная деятельность. Количество проверок, этой войны проверочной против бизнеса, не должно быть точно. Бизнесу должно быть комфортно и удобно развиваться в стране. У него должна быть обеспечена защита его собственности, иначе ничего не будет. Это все тоже часть той программы, которую мы предлагаем.

- С каких реформ в этом ряду реформ нужно начинать или можно сразу приступать к реформированию по всем направлениям?

- Вы совершенно правы. Конечно, нельзя начинать с чего-то одного. Необходим целый комплекс мер реализовывать одновременно. Это как раз отличает от той возможности, которая была у нас еще несколько лет назад при высоких ценах на нефть. Мы могли донастраивать экономику. Мы могли теми или иными точечными решениями каким-то образом менять систему. Но поскольку сегодня все, нефть упала, сегодня мы находимся уже на другой парадигме, парадигме стагнирующего рынка, снижения спроса на внутреннем рынке. К сожалению, решать проблему приходится комплексно, и достаточно действенными, серьезными, иногда очень, так скажем, решительными инструментами выводить экономику на, как бы комплексно на новую модель. Поэтому мы, вот если реализовывать сегодня, пытаться это сделать какими-то отдельными точечными решениями, лучше не стараться. Даже ставку нельзя снижать пока не решены другие проблемы.

- Борис Юрьевич, программа Столыпинского клуба в полной версии уже опубликована?

- Нет. У нас нет стратегии, она будет. У нас есть основные направления, но они не до конца проработаны и не просчитаны. Они будут озвучены в январе месяце. Но мы сегодня вышли с программой первоочередных мер, которые я представил Председателю Правительства. Это тоже комплекс мер. Мы их уже обсчитали, но это достаточно узкие вопросы. Если стратегия, это долгосрочная на то, чтобы вывести экономику на новую модель экономического развития, то здесь хотя бы сломать тренд, уйти от стагнации, уйти от отрицательных чисел по ввп, выйти в ноль или небольшой плюс.

- Расскажите об этих мерах подробнее?

- Существует целый ряд мер в различных направлениях. Но это связано и с налоговыми мерами, и тарифными мерами. Сегодня уже можно часть решений в институциональной сфере сделать, ограничить количество проверок, просто радикально ограничить количество проверок. Необходимы суды сегодня привести хотя бы в какую-то норму, создать апелляционную инстанцию, которая сегодня тесно связана с первой, и вообще ничего не решает. Надо вывести ее и сделать независимой на уровне округов. Но то есть какие-то точечные меры. Но, конечно, она включает меры и ставки. Мы считаем, что ставка должна до конца года снижаться до 8% в этом году.

Мы считаем, что в следующем году она должна уйти вниз до 4,5-5 %. Если инфляция будет сохраняться, дойдет до уровня 4%, то тогда она может снижаться и до уровня 2,5 %. Но при этом мы даем компенсационные меры. Реальная ставка будет отрицательная. Пока мы даже не можем прогнозировать в России на ближайшее время. Она может быть отрицательной, когда инфляция будет на уровне 1-2%. Но это буде еще не скоро. Но я хочу сказать, что мы даем компенсационные меры.

Мы не очень верим в то, что снижение процентной ставки на 2 процентных пункта приведет к потере интереса наших людей к рублевым депозитам и переходу к покупке иностранной валюты. Хотя это главная угроза, о которой говорит Центробанк. Это для него самое главное, значит, такая витающая в воздухе угроза, почему он не снижает процентную ставку. Мы даем компенсационный инструмент, если они там считают. Мы говорим, давайте займем на рынке, это касается и населения, это касается иностранных инвесторов, но, конечно, спекулятивных инвесторов. Идеальные условия сегодня в стране по керри-трейду. Так вот, мы дадим триллион рублей, займем в течение полугода так же, как занимали, например, в Израиле, индекс-бонс. Это облигации государственные, номинированные в национальной валюте в рублях, но погашение будет осуществляться по курсу по евро на момент погашения купона. То есть 2,5- 3% доходности по этой бумаге создадут огромный, по нашему мнению, интерес инвесторов, которые вместо того, чтобы выходя депозитов рублевых не переходить в валюту, они могут эти рубли потратить на, купив такую бумагу, которая полностью их освобождает от валютного риска, но при этом дает 2,5 - 3% доходности.

Источник: Вести Экономика

Оцените материал:
InvestFuture logo
Титов: низкая ключевая

Поделитесь с друзьями: